Ночь музыки: впечатления

musicnight2014

  После Ночи музыки в Библиотеке искусств захотелось поделиться впечатлениями.
Библиотека славится своими концертными залами с совершенной акустикой и в полной мере оправдывает название одной из лучших концертных площадок города. 4 октября мы решили посетить все предлагаемые библиотекой концерты, тем более, что программа обещала быть насыщенной и разнообразной.
  Первое место по праву было отведено гиганту музыки барокко - Антонио Вивальди. Посвященная его жизни и творчеству композиция открыла музыкальную ночь. Голубую гостиную библиотеки, «парадную залу» заполнили любители музыки, и не только классической. Вивальди актуален во все времена.
В это время в зеленом зале - Каминном готовились к выступлению музыканты фольклорного ансамбля «Тейю». Группа Тейю - известна по Москве, опять же - перкуссия в моде, в итоге в зал стащили стулья со всей библиотеки, и все равно - стояли в проходе, топали и хлопали. Очень интересные композиции – сочетание этно и рока ввели всех в соответствующее настроение.
  Слушали с удовольствием. «Тейю» сменили «Неправильные пчелы» молодежной джазовой студии «С-Jam Club». Слушатели, пришедшие на Ночь музыки, видимо, одинаково музыкально развиты во всех направлениях: классика, затем этно-фьюжн, теперь - с таким же воодушевлением и пониманием - фанк-музыка и джазовый мэйнстрим.
А впереди нас еще ждал ансамбль «Арт-Терра» - фольклор всего мира, надо держаться до конца. Никто не сдался, все остались, хлопали и танцевали, и, наверное, если бы Ночь музыки перешла в Утро музыки, хватило бы сил и на него. «Арт-Терра» была прекрасным завершением праздника. Ждем Ночи искусств, она состоится 3 ноября. До встречи!

Василисса Кузнецова

 

Фантасмагория в Звенигороде

00000000000harms

  Находясь в Звенигороде, Даниил Иванович Ювачев вдруг четко осознал, как сильно он ненавидит голубей. Они все время шныряли у него под ногами, мешая сосредоточиться, пока он записывал свои наблюдения в записную книжку. Наблюдения были следующего содержания:
1. Бородачи.
2. Яйца.
3. Красный домик в полоску.
4. Лицо с крестом (фон розовый).
5. Дама в зеленой юбке.
6. Яйцевидный человек в лимоновой рубахе.
7. Квадрат. Черный квадрат.
8. Пять домиков (силосные башни).
9. Черный крест. Пересечение плоскостей.
10. Бородачи на синем фоне.
  Такого рода заметки Ювачев делал довольно часто во время прогулок по городу, а всякие мелочи вроде голубей, детей, немецких овчарок, старух и просто людей с глупыми вопросами ему страшно мешали. Такой интерес со стороны окружающих был вызван, очевидно, внешним видом Даниила Ивановича: короткие брюки, гольфы, английская куртка, белоснежная рубашка, кепи и яркий цветок, прикрепленный на неподобающем месте, карманные часы с чайное блюдце, огромная, кривая трубка и при всем этом невозмутимый, непроницаемый взгляд голубых глаз. Такого Звенигороду еще не доводилось видеть.
  Эта была первая прогулка Даниила Ивановича после болезни. Приехав в Звенигород, по известной только ему одному причине, он почти сразу слег с гриппом и провалялся так недели две. И сейчас, выйдя наконец на улицу, ощущал прилив сил и даже радость от того, что смог выйти из душного помещения. Но все же, тщательно в себе покопавшись, Даниил Иванович пришел к выводу, что настроение у него все-таки плохое.
  Этот город давно уже осточертел ему. Хотелось уехать обратно к себе. Единственное, что останавливало Ювачева это то, что вернувшись домой, он обнаружит там тех же самых людей и голубей. «Все окажется точно таким же, только с другими декорациями» - говорил он сам себе.

Читать дальше

 

 

 

Исповедь в желтых тонах или письмо Оскара Уайльда самому себе

00000000000oscar_wilde

  Если кто-нибудь сейчас спросит мое имя, то скорее всего не получит ответ. Тот человек в зеркале, не может быть мной, это ошибка. Но, все же, с болью приходится признать в бледном, полном мужчине, больше похожем на норвежского нищего – Оскара Уайльда, или вернее то жалкое подобие коим я являюсь на сегодняшний момент. Прошлое более не имеет значения, ибо возвратившись из глубины ада, где мне довелось находиться значительное время, я растерял весь блеск и позолоту, в которую был закутан, словно в кокон. Все мои произведения забыты и прокляты, а бытие мое превратилось в прах. Лишь душа осталась неизменной, душу мою им не сломить никогда.
  Ныне, прибывая в Париже, с ощущением собственной ненужности, я наблюдаю, как жизнь проходит мимо. De die in diem(1), сидя в комнате с отвратительными желтыми обоями, я только и делаю, что вспоминаю прошлое, так как будущего у меня скорее всего уже не будет…

Читать дальше